«Российское кино с 1930-х годов гонится за Голливудом»
На съемках фильма. Фото: Валерий Матыцин/ТАСС

На съемках фильма. Фото: Валерий Матыцин/ТАСС

Сибиряки из мира большого кино — о том, каким фильмам они верят

Год российского кино начнется сразу после грандиозного юбилея — 120-летия мирового кинематографа. 28 декабря 1895 года в Париже состоялся первый публичный киносеанс, и этот день принято считать днем рождения этого искусства.

Почему зрителя привлекает российское кино, что в нем осталось хорошего от советских времен и чего все-таки не хватает — об этом «Русской планете» рассказали актер и кинокритик из Сибири.

«За минуту душу не раскроешь»

Беловчанин Евгений Сытый попал в большое кино из театра. Он по-прежнему играет как в МХТ им. Чехова, так и в кемеровской театральной студии «Ложа», давшей отечественной культуре Евгения Гришковца. По большей части он снимается в фильмах Бориса Хлебникова и чаще всего в ролях второго плана, за исключением фильма «Пока ночь не разлучит».

– Когда начинали играть в театре, верили, что сможете пробиться в кино?

– О кино не думал, мне хотелось заниматься театром, что и делал с 1991 года вместе с Евгением Гришковцом. Особых актерских способностей за собой не чувствовал, просто меня позвали в студенческую команду КВН, а потом увидел театр Гришковца и попросился в его труппу. Вот он меня взял — посмотреть, что за актер.

– На премьере «Пока ночь не разлучит» в Кемерове в 2012 году вы сказали, что вам сложно смотреть фильмы с вашим участием. Почему?

– Потому что ловлю себя на мысли, что в этом эпизоде не доиграл и мог сыграть лучше. Да и вообще, мне не нравится мое лицо, хотя мне говорят, что оно фотогеничное. Кино, в отличие от театра, не переиграешь по-новому. Работу над ошибками не сделаешь: то, что снято и смонтировано, никуда уже не денешь. Я иногда даже прошу режиссера пересмотреть другие дубли.

– А вообще фильмы любите смотреть? Что вам нравилось в детстве?

– Больше времени посвящал спорту: футболу и баскетболу. Фильмов много не смотрел, с ними, как правило, связаны некие эмоции. Допустим, когда смотрел «Чапаева» с Бабочкиным, мне хотелось плакать. Но если кино западало в душу, то мог и сходить в кинотеатр несколько раз. Двенадцать раз посмотрел «Неуловимых мстителей». Что до воспитания меня, то жизненные ценности брал из индийского кино, которое мог смотреть по шесть-семь раз.

Кино по-другому стало ощущаться во взрослой жизни. После того как отслужил в армии, пересмотрел некоторые фильмы из детства, и они потрясли — своей постановкой, игрой актеров. Например «Семнадцать мгновений весны» полностью посмотрел в 25 лет. Знаковыми фильмами для себя считаю картины Петра Тодоровского, Андрея Кончаловского и Никиты Михалкова. Они как поражали в 20 лет, так поражают до сих пор. Эти фильмы шли в ногу со временем. Смотришь и веришь.

Слева — Евгений Сытый. Фото: Сергей Спицын / «Русская планета»

Слева — Евгений Сытый. Фото: Сергей Спицын / «Русская планета»

– В чем преимущество кино по сравнению с театром?

– Кино все же быстрее реагирует на изменения в нашей жизни, чем театр. В этом и есть его достоинство. А в театре сложнее играть. Здесь другие задачи: нужно делать спектакль, и ты его делаешь, придумывая характер роли. Либо начинаешь читать истории про своего персонажа. В кино у меня еще не было практики играть кого-то. Мне кажется, что играю если не самого себя, то человека, очень похожего на меня. В «Сумасшедшей помощи», допустим, у моего персонажа была моя походка.

В кино сейчас стало сложнее играть, потому что требуется все делать быстро, а, на мой взгляд, это недостаточно хорошо влияет на воплощение образов, потому что за минуту нельзя раскрыть свою душу и показать то, что требуется.

– Что запомнилось из последнего, увиденного в кино?

– Мне понравилось, как сделан «Орлеан» Андрея Прошкина. Вообще за два последних года мало что смотрел. Если и иду куда-то, то либо на свои премьеры, либо на те фильмы, где заняты мои друзья. Правда, я потом высказываю свое мнение, что мне понравилось, а что — нет. И как бы я сделал тот или иной эпизод фильма.

– И чего не хватает нашим фильмам?

Денег не хватает, чтобы снимать то кино, которое нам нужно. Иногда бывает, что фильм проходной, а средств в него много сложили. Или наоборот: фильм тебе нравится, но ты видишь, что там не хватило одной съемочной недели или малой суммы денег, чтобы получилось совсем хорошо. Потому что, когда есть недостаток финансирования, во всем начинается сокращение и урезание. Допустим, кино надо снимать два месяца, а это пытаются сделать за две недели. И так во всем.

«Искусство постоянного движения»

Алексей Кожемякин, кинокритик и член Союза кинематографистов России, живет и работает в Новосибирске. Он курирует региональные кинопроекты Немецкого культурного центра им. Гете, преподает в НГТИ, НГУ и на кафедре кино и телеоператорства НГТУ.

– Чем для современного зрителя является кино — искусством или развлечением?

– Кино требует не только, чтобы его снимали и смотрели, еще должен быть некий медиатор, который помогает зрителю в восприятии фильмов и может производить экспертную оценку. Кино — новый вид искусства, который слабо осмыслен. Театр и литература копили способы осмысления и описания тысячелетиями, а тут только недавно перешагнули порог в 100 лет. Поэтому кино до сих пор в статусе развлечения, а не в статусе искусства. При этом оно работает с образами, находящимися в движении, тогда как в литературе и все же по большей части в театре — статичный текст. Их можно разбирать детально, а кино каждый раз смотришь по-новому.

– Благодаря каким картинам вы полюбили кино?

– В момент начала моего увлечения отечественное кино находилось на пике популярности — это были 1989–1991 годы. Любое кино в то время смотрелось с очередями в кассах: от «Маленькой Веры» и до фильмов Алексея Германа-старшего. Причина отчасти в перестройке.

Хотя прежде ни фильмы Тарковского, ни фильмы Параджанова кассу не собирали — они были рассчитаны на своего, нишевого зрителя.

Главное же воспоминание из детства — просмотр «Соляриса». Он был разделен на две серии, и между ними шла программа «Время». Так это ожидание было очень утомительным, так хотелось узнать, чем все закончится в фильме.

Алексей Кожемякин. Фото: Сергей Спицын / «Русская планета»

Алексей Кожемякин. Фото: Сергей Спицын / «Русская планета»

– Кто сегодня главный человек на съемочной площадке?

– Режиссура в игровом кино — это не самая важная составляющая. В проекте участвуют сотни и даже тысячи людей, которые, в общем-то, давно уже нивелировали дирижирующую функцию режиссера. И режиссер стал отборщиком, фильтром: он может объяснить, что хорошо и пойдет, а что — нет.

Рулит, в основном, продюсер. Зная это, понятно, почему режиссер за год может снять авторский фильм и еще сделать сериал на телевидении. Это, кстати, работающая схема — когда делаешь что-то нужное для массового зрителя, а потом получаешь деньги на свой проект. Правда, такая схема может поработить.

– Чего не хватает российскому кинематографу? 

– Российское кино с тридцатых годов стремится догонять и перегонять Голливуд. Эта установка в 60-е годы ушла, но ближе к 80-м вернулась.

Мы использовали их терминологию. С конца 90-х стали создавать свой ответ на голливудские «блокбастеры». Первым таким фильмом был «Сибирский цирюльник».

Справедливости ради, соревнование с Голливудом проиграли все. Единственный, кто из всего мира оказался жизнеспособным конкурировать с американскими блокбастерами — это Люк Бессон. Все остальные фильмы — локальные успехи в конкретных странах.

В России при производстве фильмов с большим бюджетом создателей волнует только касса. «Массовое кино обязано быть кассовым, прибыльным», — такой девиз. Поэтому ничего кроме мешанины собственных амбиций и голливудских клише, мы в нашем кино и не получаем. При этом регулярно пекущегося массового кино в России очень не хватает. Оно, как правило, разовое и создается усилиями прокатчиков и продюсеров. Там преобладает реклама, а не творческий процесс.

Лично меня зацепившие ленты можно пересчитать по пальцам: «Ночной дозор», «Мы из будущего-2», «Горько», «Бабло». Это, кстати, радует, что комедии стали получаться приличными.

Новая волна, которая сформировалась за нулевые годы в российском кино, может смело называть свое кино социальноориентированным и цельным. Например, режиссеры Василий Сигарев и Бакур Бакурадзе снимают такие картины. Это кино отражает ту гнетущую пустоту, которую ощущают и режиссеры. 

Танцуй, пока грудной Далее в рубрике Танцуй, пока грудной«Русская планета» встретилась с создателем популярного в Сибири танцевального направления для кормящих матерей Читайте в рубрике «Титульная страница» В очередь…Дмитрий Дюжев позволил себе неосторожные высказывания о культурном уровне отечественных зрителей и был обвинен в унижении достоинства россиян В очередь…

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
80 000 подписчиков уже с нами!
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в дискуссиях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»